Когда в печке с весёлым вонючим треском сгорит последняя архивная ленточка, а последний жёсткий диск будет перекован в монастырский колокол, человечество уже будет как обычно, обдирая кожу, лезть к очередной вершине откуда так здорово, сжав податливую материю и здравый смысл в последнем объятии, броситься головой к счастью („Счастлив, кто падает вниз головой: / Мир для него хоть на миг — а иной.“).

Нас, однако, интересует не это падение, а нечто ему предшествующее. Точнее, некое рутинное генетическое исследование. Ещё точнее, некий биолог (где? Конечно в „европе“, но куда и как будет транслирована Европа на этот раз мы не знаем), анализирующий результаты секвенирования генома сорняка Arabidopsis thaliana — дрозофилы среди растений. Ещё точнее. Наводим резкость, чтобы увидеть дрожание пальцев и пересохших губ, пульсацию зрачков — неприятные и пугающие следы безумия, чьё неулыбчивое лицо обращается к нам в тот миг, когда последовательность триплетов в забытом, ненужном фрагменте ДНК складывается в буквы, пережившие не одно падение:

NECVEROTERRAEFERREOMNESOMNIAPOSSUNT